Арина Словени
У Бьерна было своеобразное чувство юмора
На основе реальной истории, зафиксированной
в сборнике "The Haunting of Reykjavik"

...скрип.
...свет.
...окно.
...вдаль.
...уйти.
...вернуться.
тесно. узкий. маленькое окно. океан. зачем здесь. отвык. почему снова. куда. не я. слишком интимная история, чтоб её рассказать. опять — здесь?.. это — можно?.. ярко. как ярко. сиди тихо.
Если я расскажу. Если меня услышат. Но меня не услышат. Но я не расскажу.
Пусть будет. Пока снова не блеснёт полоса на горизонте.

Куда делся мальчик?
Вот вопрос, который стоило себе задавать. Его стоило задавать с самого начала поисков и до того дня, как его родители закрыли дверь. Или они его задавали. Но никто не решился бы озвучить такой вопрос.
Люди пропадают каждый день.
Каждый день в мире исчезают десятки людей. Нет. Наверное, сотни.
Куда?
Самый простой вариант, если они исчезли целиком.

Мальчика начали искать в пять по полудню. Это было время, когда его ждали к обеду. В пять он должен был сидеть за столом, умытый и переодевшийся в домашнюю одежду, и есть картофельное пюре с рыбной котлетой. Поскольку из нескольких составляющих этого уравнения налицо было только два — стол и тарелка с едой, — а мальчика не было, родители вышли на балкон.
Тогда дома по набережной только построили.
Отец позвал его по имени несколько раз. На берегу океана играли товарищи мальчика, он узнал их, но своего сына не увидел.
Спустя четверть часа он потерял терпение и вышел расспросить других мальчишек.
Они сказали, что играли в прятки. И его сын очень хорошо спрятался.
Он исчез.
Детей это не испугало. Они решили, что он ушёл домой. Отца испугало: он-то знал, что дома мальчика нет.
Возле воды всегда опасно играть. Поскользнулся, разбил голову на обвитых водорослями камнях, сорвался и утонул… Много чего бывает возле воды.
Отец позвал жену и вдвоём они прочесали берег. Потом к ним присоединились добрые соседи. Когда начало смеркаться, один из добрых соседей позвонил в полицию.
Обычно с этого начинаются истории о тех, кого не нашли никогда.

Но этого мальчика нашли. Один из полицейских в детстве тоже играл в прятки. Он очень терпеливо и дотошно обошёл весь участок, на котором играли дети. И ему удалось открыть дверь старого покосившегося сарая. Это был очень маленький сарай для рыболовных сетей. Его забыли снести. А может быть, у него был хозяин, который этому воспротивился. Слева стояли шесты для сушки снасти и улова. Единственное оконце выходило прямо на океан.
До полицейского уже пробовали войти в сарай, но дверь казалась запертой. Он подёргал ручку посильнее, и она отворилась.
Там и нашёлся мальчик. Он сидел в углу на старых досках.

Обычно на этом заканчиваются истории о тех, кого счастливо нашли.
Полицейского от души благодарили. Его обнимали, дали с собой домашней выпечки и самогона. Соседи облегчённо вздохнули. Родители других детей строго-настрого наказали своим отпрыскам следить за временем и прибегать домой по первому зову. Дети были единственными, кто не обрадовался тому, что их товарищ нашёлся. Сперва. Ведь их всё равно отругали и наказали. Как будто это они были виноваты. Потом они тоже не обрадовались, но это было много позже.

Мальчика расспрашивали весь вечер. Почему он слышал крики родителей и соседей, но не отозвался? Зачем он продолжал сидеть в сарае, хотя полиция громко звала его по имени? Как ему вообще пришло в голову затаиться там на несколько часов?
Мальчик не отвечал ни слова. К ночи родители стали тревожиться. Он не реагировал на их вопросы и только молчал. Ему предложили еду и питьё, но он ни к чему не притронулся. Казалось, он не замечает ни тарелку, ни кружку, ни родных. Он сидел очень тихо и смотрел в одну точку. Что бы ни делали, он не шевелился. И только когда перевалило за полночь, к нему вернулся голос, которым он будто стеснялся пользоваться.
«Что ты видел?» — тихо спросил отец.
«Я видел океан», — сказал сын.
«Что было в океане?»
«Всё было не таким. Не таким, как должно. Всё было — как будто наоборот».
«А что ещё?»
«Больше ничего. Я взглянул на океан — а потом открылась дверь».
Когда мать укладывала его спать, она погладила его по голове. На затылке была седая прядь.

Полицейские попытались выяснить, что могло напугать мальчика. Но вокруг ничего не произошло. Ни одна лодка не затонула в тот день, ни один самолёт не упал в серые воды, ни одного происшествия не случилось в городе.
Врачи сказали, что с ребёнком всё в порядке. Он пережил шок, но с медицинской точки зрения абсолютно здоров.

Тогда они попытались жить как раньше. Родители ходили на работу. Их сын ходил в школу. Они так же ужинали по вечерам. В выходные выбирались на природу. Смотрели телевизор.
Мать первая поняла, что как раньше не получится.
Прежние товарищи перестали играть с её сыном. Или он перестал играть с ними. Школьные друзья тоже больше не приходил. Встречаясь с ним случайно на улице, они отводили глаза. Теперь мальчик проводил почти всё время в своей комнате. Его это не тяготило. Он занимался своими делами. Много читал или клеил модели самолётов. Полюбил чертить. У него выходили удивительно ровные и чёткие линии. Без единой помарки. Казалось, он способен обходиться вообще без линейки. А может, и обходился. Он был очень спокойный и тихий. Когда его просили что-то сделать, он делал с первого раза. Больше не было ни одного повода его ругать. Разве что он принёс однажды выброшенный кем-то старый неработающий радиоприёмник. Его оценки улучшились, никто не жаловался, что он шумит или озорничает. Приходя со школы, он удалялся в свою комнату и был там абсолютно счастлив. Так казалось. Для этого ему не требовался кто-то ещё.
Каждый раз, когда мать заглядывала к нему в комнату, мальчик поднимал голову и смотрел на неё спокойным вопросительным взглядом. Она старалась говорить весело и непринуждённо. Заносила ему выстиранное бельё, спрашивала об оценках или говорила об их с отцом планах на следующий день. Предлагала посмотреть фильм или спрашивала, приготовить ли ему что-нибудь вкусненькое. Мальчик отвечал очень вежливо. Она выходила, закрывала дверь и чувствовала всем телом: за этой дверью разливалось облегчение от её ухода.
Первый раз муж застал её плачущей в ванной, где она протирала полки шкафчика. Он спросил её, что случилось. Она хотела объяснить ему, но не смогла: ведь всё было почти как раньше. Через две недели она набралась храбрости и рассказала ему о мурашках на спине. О том, что у неё второй раз за месяц сломались наручные часы. О том, что у их сына стала очень лёгкая походка. Каждый раз, когда он заходит на кухню, она поворачивается, чтобы спросить, кто это, и поприветстовать гостя. Он принялся её утешать: дети вырастают, они такие. Вчера ещё домашние и ласковые, а на следующий день становятся подростками. Тогда им больше нет никакого дела до любви и тех, кто их родил.
Мать очень хотела в это поверить.

Шло время. Семья и мальчик собирались за одним столом, вместе ездили на природу, ходили за продуктами, навещали бабушку с дедушкой.
Отец говорил с сыном о разных общих вещах. Он старался обходиться общими словами, избегал слишком личных тем. Несколько раз пытался поиграть с ним в баскетбол, но после третьей попытки бросил эту затею. И ещё он старался никогда не смотреть мальчику в глаза.
Однажды отец твёрдо решил отправиться к сараю и провести там несколько часов. Но когда он подошёл к покосившемуся строению, отворил рассохшуюся дверь, то увидел внутри только раздавленный ракушечник и пыль, и понял, что это бессмысленно.
За последующие годы они ни разу не поссорились.
Пришло время выбирать, куда он пойдёт учиться дальше, но никто не спрашивал юношу об этом. Дверь в его комнату почти всё время оставалась закрытой.

В тот день, когда он съехал из дома, они сказали все подобающие слова и много раз повторили, как им будет его не хватать. Они говорили, что, конечно же, по-прежнему могут ужинать вместе, его переезд ничего не меняет, ведь он не уезжает на другой конец света. Мать закрыла за ним дверь, прислонилась к ней спиной и облегчённо выдохнула. Все они, все трое, знали, что он больше не вернётся.
В тот вечер мать мыла посуду, в окно на мойку падало закатное солнце. В доме было теперь уже по-настоящему тихо и спокойно. Отец сидел и рассеянно просматривал газету. Дряхлый кот впервые за долгие годы улёгся дремать на диване в гостиной, а не прятался на кухне.
«Я хотела бы знать... — сказала задумчиво мать, глянув в окно. В руках у неё была вилка. — Я хотела бы знать: куда пропал наш сын?»

@темы: Произведения